| Доктор Джекил vs. Мистер Хайд. Белые начинают и проигрывают. |
[Mar. 3rd, 2007|12:58 pm] |
Вчера. 20:06. Из сладкого небытия меня вызволил негромкий, но настойчивый звонок мобильного. "Ну как дела? Ты уже едешь?", - скорее утвердительно, чем вопросительно прозвучал заботливый мамин голос. "Аркаша?". Аркаша в это время всеми силами пытался допетрить, почему он должен жать на педаль вместо того, чтоб видеть сны. "Але? Ты меня слышишь?". Слышать то слышу. Но вот что ответить, убейте, не нахожу. Впрочем, подумалось, жизнеутверждающий сигнал подать было бы неплохо. Получилось нечто среднее между коровьим мычанием и собачьим тявканьем тональности джентельмена удачи Иннокентия, можно Кеши. "Ты что, спишь?" Нет, блин, притворяюсь. "Так через 20 минут хупа ведь!" Уууууууууу.
Тем временем мама Михаль Лави ( отец не дожил из-за злокачественной опухоли в мозгу) и родители Эли Какого-то там уже вовсю принимали конвейер гостей с именными конвертиками зала торжеств "Армония", что недалеко от Гедеры.
"Давай. Вставай, ноги в руки", - было велено мне на другом конце провода. Так, надо срочно задействовать все контраргументы, главные из которых – очень длинные, неимоверно затягивающиеся бритье, мытье и сушка. "Ну так что? Быстро в душ, бриться минут 10, а высохнешь по дороге". Н-да. И ведь не поспоришь. Следующие попытки были пресечены в зачаточной стадии по аналогии с диалогом милиционеров из "Бриллиантовой руки": - а может… - не надо! - а если… - не стоит! - а это… - а вот это даже не пробуй! Тем не менее мойдодырские экспресс-процедуры начались не раньше, чем я досмотрел свой сон.
20:45. Михаль Лави и Эли Какой-то там доживают последние холостяцкие мгновения своей жизни. Впредь их разлучит только смерть. Аминь.
Я открыл свой шкаф. Надо сказать, что выходной одежды у меня больше, чем ежедневной. Где-то, когда-то было куплено. О существовании некоторых я вспоминаю лишь тогда, когда перебираю вещи. Брюки были выбраны первыми. С обувью определился со второго раза. Оставалось что-то напялить наверх. И надо же было моему взгляду остановиться на рубашке, одна из пуговиц которой висела на соплях. Последняя, кстати, порвалась при первом же касании. Ничего страшного, сказал я себе, найдем замену. И тут нате вам. Здравствуй жопа новый год. Гостей не звали? Чтоб жизнь медом не показалось, ко мне нежданно-негаданно явился-не запылился мистер Хайд, мое гадкое и противное второе я. Твою мать... Шутки с мистером Хайдом опасны, и вот по какой причине. Второму я покровительствует одна влиятельная и превалирующая черта моего характера – козерожья упрямость. Да так активно, что доктор Джекил, мое логичное, трезво мыслящее первое я, в беспомощности поднимает руки. Не было найдено противоядия и на этот раз. Словно заговоренный, я отправился на поиски нитки с иголкой.
21:03. Помните Ералаш, когда мальчика зовут покататься на санках? А когда он, наконец, выходит, то на дворе уже весна? Там он по ходу поиска перчатки успевает еще много во что поиграть. Поиски средства для зашивания пуговицы были так же сопряжены с решением других хозяйственных проблем – мытьем посуды, приведением порядка на столе и реконструкцией вечно падающей шторины. Но все это было сделано от злости и отчаяния – иголка пропала словно в стоге сена.
Тем временем отгрохотал салют, и все приглашенные на свадьбу Михаль Лави и Эли Какого-то там забурились в зал для поедания, надо признать, весьма скромных, если не сказать больше, явств. Не мне вам рассказывать, как кормят на израильских свадьбах.
21:26. Вот уже десять минут как я пытаюсь вдеть нитку в иголку. Надо же. Когда-то по зову мамы я это делал бравым движением пальцев с первой, максимум, второй попытки. Зрение осталось стопроцентным ( со слов доктора даже большим, но я не знаю, как это расшифровать), но заколдованная нитка упрямится и даже смоченная слюной уклоняется от уготовленного ей ушка. Еще одна робкая попытка доктора Джекила напомнить о временном цейтноте и обширности гардероба была стерта в порошок мистером Хайдом – раз начал, доводи дело до конца.
А вот у Михаль Лави и Эли Какого-то там все идет по плану – свадебный танец оттанцован. Впереди все остальные.
21:40. Убейте, но не помню, когда я последний раз зашивал пуговицу. Все, что надо заштопать, автоматически откладывается в сторону и перекладывается на мамины плечи. А в школе…На трудах пуговицы девочки зашивали, а мальчиков больше по части слесарно-столярного искусства готовили. Ну вроде как все. Для пущей уверенности подхожу к зеркалу полюбоваться плодом своих швейных возможностей. И тут на тебе. Пуговица, вроде как прочно сидевшая на рубашке, во время своего застегивания вдруг предательски отмежевалась от материи, вытянула из нее сопли-нитки и в конце концов обнаружилась моей руке. "Блядь!", - сказал мистер Хайд. "Сам блядь!", - парировал доктор Джекил и язвительно добавил: "Сначала научись зашивать, а потом берись за это". Надо сказать, что все делалось в дикой спешке, но это моих "достоинств" не умаляет. К слову, столь же искусно я владею и мужскими обязанностями по домашнему хозяйству. Так что, деффки, не ходите за меня замуж. Пожалеете.
Тем временем по залу торжеств "Армония", что недалеко от Гедеры, разносилась заливная рыба. В качестве блюда промежуточного.
21:54. Выход из щекотливой ситуации нашелся весьма оригинальный. Среди мал-мала-меньше иголок я неожиданно увидел толстенное иголище сантиметров 5 в длину. Подошву к сапогам им что ли пришивают? "На тебе, подавись!", - сказал доктор Джекил мистеру Хайду, вдевая нитку в ушище иголища. Как понимаете, получилось с первого раза – по желанию туда можно было вдеть несколько ниток одновременно.
Заливная рыба переплыла из тарелок через рты и пищеводы гостей в их желудки, после чего для лучшей утрамбовки они вернулись на танцплощадку.
22:30. Хозяин зала торжеств "Армония", что не далеко от Гедеры только что икнул. Потом еще раз. И еще раз. Это я его материл за далекую от дотошной памятку водителю на пригласительном. Один из перекрестков, видимо, решили опустить из-за его топографической второстепенности. Что-то неладное в схеме или моем ее восприятии я обнаружил еще до того, как поначалу приемлемой ширины и освещаемости дорога сменилась на проселочную. Через 5 км мучений меня встретил довольный сторож какого-то мошава. "Ха!", - сказал он: "А меня только что об этом спрашивала другая заблудившаяся машина. Вы свернули на перекресток раньше". "Ага! Значит не один я такой тупой", - подумалось. Вернувшись назад к светофору, я увидел на параллельной полосе парадно разодетого парня с картой в руках. Нагнал, значит. Пипикнув, показал в окно конвертик зала торжеств "Армонии", что недалеко от Гедеры. "Тоже запутался? Ну ничего, сейчас направо, потом направо и налево", - был проинструктирован я. "А не три раза направо?", - засомневался я в рекомендациях. "Не-не. Я уже все выяснил", - ответили мне. "А ты уверен, что он едет туда же, куда надо нам?", - задался вопросом доктор Джекил. "Ой, ну брось пороть глупости", - резко перебил его мистер Хайд: "Можно подумать в этой сраной промзоне 10 залов торжеств".
Тем временем фирменные горячие блюда повара "Армонии", что недалеко от Гедеры посредством официантов стали разноситься по залу. Решили передохнуть/перекусить и Михаль Лави с Эли Каким-то там.
22:51. Мы с моим штурманом таки доехали до зала. Только рад был из нас один. И этим одним был не я. "Блядь", - сказал мистер Хайд, увидев название зала. "Сам блядь", - взбесился доктор Джекил: "Сначала спрашивай, куда именно едут люди, а потом езжай за ними!".
Фирменное горячее повара зала торжеств "Армонии", что недалеко от Гедеры, удалось. Не попробовали его лишь доктор Джекил с мистером Хайдом.
23:00. Я никогда не платил за миниатюрную чашечку черного кофе с миниатюрным же пироженым 200 шекелей. Дабы нивелировать эффект, пришлось повторить процедуру дважды. К тому же за весь день не закинул в рот ни крошки – не хотел перебивать аппетит. "Ну что, доволен?", - злобно прошипел доктор Джекил мистеру Хайду. "Угу", - наслаждаясь итогом своего черного дела, пробормотал тот с ухмылкой: "Ну мне пора". Иногда они возвращаются. Он – намного чаще. |
|
|